Александр Петров. Я не ракетчик, я филолог. (photoguide) wrote,
Александр Петров. Я не ракетчик, я филолог.
photoguide

Category:

Про Анастаса Ивановича Микояна.

Недавно благодаря замечательному Георгию Осипову, он же Граф Хортица (http://koznodej.livejournal.com/), вспомнил древнюю песню, знакомую с детства. Никогда не знал её автора, но с помощию поиска в т.наз. "интернете" выяснилось - некто Герман Плисецкий. Некогда популярный в среде советской образованщины, инженеров, завмагов и директоров СТО трёхкопеечный восточный "мудрец" Омар Хайям - был переводим этим самым Плисецким.

Вот что пишут в т.наз. "интернете" о Плисецком: "В 1949 году поступил в экстернат при филологическом факультете МГУ. Печатался в газете «Московский университет».
В 1952 году уехал в экспедицию на Таймыр. Вернувшись, поступил на заочное отделение филфака МГУ (1953—1959).
С 1960 года учился в аспирантуре Института театра, музыки и кино в Ленинграде. Одновременно работал в литобъединении Глеба Семёнова, начал заниматься переводами.
<...>
В конце 60-х годах выиграл конкурс в издательстве «Наука» на переводы Омара Хайама. В 70—80-е годы переводил также Хафиза и других восточных поэтов, делал стихотворные переложения библейских книг. Печатал собственные стихи в журналах «Грани» (1967) и «Континент» (1980), в «Антологии послевоенной русской поэзии» (Англия, 1974).
Первый полный сборник стихотворений и избранных переводов Плисецкого «От Хайама до Экклезиаста» вышел в Москве в 2001 году".

Вполне предсказуемая и традицьонная карьера советского двурушника и приспособленца. Наподобье представителя этой же картавой прослойки - Эдмунда Иодковского, одною рукою строчившего песенки типа "Едем мы, друзья, в дальние края", а другою - вот что:

"И захлопала железная когорта -
Люди-винтики, железки и болты,
Пенсионное говно второго сорта,
Ветераны из конвоя Воркуты..."

Однако вернёмся к Плисецкому.
Каким-то образом у него сложился совершенно магический, затягивающий в воронку своего буквосплетенья текст, ставший народною песнею:

Песня об Анастасе

Когда в канун великой годовщины
Вывешивают весь иконостас,
Воскликнемте, советские мужчины:
Да здравствует товарищ Анастас!

Отказывали в воздухе моторы,
Скреблись фракционеры у дверей,
А он все тем же дальновидным взором
Глядит на нас с улыбкою своей.

Глядит на нас внимательно и смело,
Всегда спокоен, все еще не стар,
Единственный избегнувший расстрела
Двадцать седьмой бакинский комиссар.

В полночный час горит и не мигает
В его окошке яркая свеча —
На сон грядущий Анастас
читает «Две тактики. . .» — работу Ильича.

Кто ж более его достоин песни?
Кто может лучше нанести визит?
Он всех пересидит в кремлевском кресле,
Среди портретов всех перевисит.

Когда искоренял бояр проклятых
В далеком прошлом грозный царь Иван,
То правою рукою был Скуратов,
А левою рукою — Микоян.

Когда решит правительство планеты
Признать официально марсиян,
То, надо думать, первым из ракеты,
Махая шляпой, выйдет Микоян.
Tags: back in ussr, Память, Херня всякая
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments