March 8th, 2014

Про остров Крим.

Оригинал взят у solomon_haykin в Остров Крим.
ОККУПАЦИЯ КРИМА.

"Они сидели на футбольном поле, военнопленные, усталые, обреченные, преданные и брошенные ...

Украинские солдаты, так и не получившие приказа стрелять по вооруженным до зубов, неопознанным зеленым человечкам, которые убив их всех заняли их военный аэропорт.

Русские победители смотрели с безразличным презрением и всем известной русской ненавистью на побежденных хохлов сквозь прицелы своих автоматов, пулеметов, гранатометов, ядерных боеголовок и снайперских винтовок.

Было тихо, печально и как-то сердечно-надрывно, и только вдалеке стрекотали пулемётные очереди - это очередную партию пленных украинцев расстреливала зодер каманда ФСБ и сваливала трупы в наспех сооружённый Бабаий Яр.
И тут один пленный солдатик сбегал в соседнее село и притащил дранный желтый футбольный мяч.
Лица пленников засветились. Они вскочили и стали, перепасовывая мяч, делиться на команды.
Тот веселый чубатый паренек, что нашел мяч, подбежал как можно ближе к русскому пулеметчику и крикнул:
-"Ребята, давайте сыграем Россия против Украины!"
-"Ахтунг, золдатен фоя!" - прорычал в ответ пулеметчик в ватнике с плохо скрываемым русским акцентом, похожий одновременно на звездного воина из армии Дартвейдера и Палача-убийцу.

Паренек остановился, словно ему поддых дали, уронил на секунду свою трезубую улыбку, но вдруг, отдышавшись, встряхнул рыжим чубом и снова весело крикнул: "Ну мы вам, москали, техническое засчитаем!"
На секунду тучи над этими массовыми похоронами братской дружбы почти рассеялись, и белое солнышко засветило, было, одним глазком...

"Назад, блядь!" крикнул русский пулеметчик, и, вдруг, все мы, русские, украинцы, буряты, греки, англичане, японцы, евреи и иньшие, что были вокруг, оказались вместе на дне нашего общего Бабьего Яра, над которым возвышалась зловещая фигура русского солдата-оккупанта, пришедшего на украинскую землю сражаться с демократией.

Солдат расстрелял паренька короткой пистолетной очередью и отвернулся. Мы выкорабкались из ямы. Хохлы стали играть в футбол. Журналисты начали с удовольствием снимать всю эту движуху.

И лишь один сидевший неподалеку на куче старых покрышек, поживший и седой как лунь репортер, который видел в этой жизни больше войны, чем ее показывают в кино, отвернулся, и плечи его задрожали - он знал, что никто из пленных не доживёт до рассвета…"